18:43 

на мини-фикатон

[氷の中燃える炎] || [Это Хётей, детка! Добро пожаловать в реальность!] || [It’s sexual deviancy to have a voice fetish, right?]
Название: Джентельмен/Трикстер – кое-что о Ягю Хироши и Нио Масахару
Author: The Dream Whisperer
Link to the origin: Gentleman/Trickster – 20 Things about Yagyuu Hiroshi and Niou Masaharu
Переводчик: Джи-чан
Бета: нет
Персонажи/Пейринги: Нио/Ягю, Риккай, упоминается Сейгаку
Rating: поцелуйный…
От исполнителя: я дико извиняюсь, что это не авторский фик, но, видимо, мой моск не способен больше чем на одну стоящую Платину, а одну я уже написал Т_Т по поводу данного фика – он частично АУ. Изменена концовка канонного сериала/манги и несколько фактов о персонажах и событиях. Последнее вызвано, скорее всего, не полным знанием канона либо авторской интерпретацией фактов. Тем не менее, лично мне такая интерпретация нравится. Надеюсь, заказчик останется доволен. Далее, из произведения была вырезана НЦ-17 сцена. Просто я не смогла довести ее до ума. Если доведу – добавлю. На течение повествования она не влияет. Еще раз извиняюсь.
Для: mavRrik

:ps: ДАЛЕКО НЕ МИНИ...

***

«Ягю Хироши, - думал Нио, наблюдая за вышеозначенным мальчиком на противоположной стороне корта, - мелкий забитый мудак совершенно без чувства юмора.»

«Нио Масахару, - думал Ягю, смотря на него из-за мерцающих очков, - необразованный идиот совершенно без чувства уместности тех или иных действий.»

Это была неприязнь с первого взгляда, в основном потому, что ни один из них не горел желанием тратить энергию на ненависть.

***

Играть против Ягю – это как сунуть руку в костер. Дыхание замирало, адреналин струился по венам, делая его легкомысленным и заставляя чувствовать слабость от предвкушения; обещание обжечь, причинить боль было прекраснее всего.

Нио всегда тянуло к огню.

Тогда их разделяла сетка, как тончайший слой стекла между его пальцами и страстным пламенем Ягю. Оно защищало его от огня, не давало обжечься, но в то же время не лишало возможности заворожено смотреть в огонь.

Нио ненавидел это.

Он даже не понял, что начался тай-брейк; он был слишком увлечен Ягю и собственными мыслями, молча поздравляя себя с тем, что смог спровоцировать Ягю достаточно, чтобы он играл ТАК. Это был один из самых блестящих моментов, порожденных глупостью. Но когда Янаги ступил на корт, листком меди между ним и Ягю, он почти закричал чтоб тот ушел, убрался… он еле сдержал себя, чтобы не орать.

- Не хотите играть парные друг с другом? – спросил Янаги.

Нио остановился на полуслове/полурыке, зрачки немного расширились. Одна только возможность стоять рядом с пламенем, без защиты сетки, работать вместе с этим пламенем… и постоянно находиться в непосредственной близости от опасности быть им сожженным…

Нио принял предложение, и улыбка скользнула по его губам, пока он неотрывно наблюдал за тем, как Ягю говорит «Да».

***

«Играть парные с Нио Масахару, - думал Ягю, - проще сказать, чем сделать.»

Нио однозначно был одиночным игроком, никогда не задумывавшемся о парных. Ягю наблюдал, как он бросался за каждым мячом, летящим в его сторону, непривыкший к неожиданному размеру корта, как медлил секунду, вторую, прежде чем броситься за мячом, ударившимся в корт для парных матчей.

Казалось, он совершенно забыл о существовании Ягю. Ягю скрежетал зубами.

Маруи и Джакал лыбились. Точнее, Маруи лыбился, а Джакал с трудом сдерживался, чтобы не засмеяться. Ягю с трудом подавил вздох.

- Нио-кун, неужели я настолько невидим? Прозрачен?

- А? – Нио выглядел сбитым с толку.

- Нио-кун, мы играем парные. На каждой стороне корта два человека, не один. На корте четверо – не два, не три. Имей это в виду, когда в следующий раз побежишь за мячом на мою половину корта, - его тон был ледяным и в голосе еле-еле пробивались злость, фрустрация и презрение.

Нио моргнул, один раз, а затем по его лицу расплылась улыбка.

- Ну, раз ты так говоришь…

***

Ягю сощурил глаза и увидел маленький блик игривости во взгляде Нио. Он коротко кивнул и вернулся к игре. Джакал подавал.

Следующий гейм его просто «вынес». За несколько секунд Нио научился действовать в абсолютной с ним синхронности. Как будто он инстинктивно знал, где Ягю находится и что собирается сделать. Ягю снова сощурил глаза.

- Ты и раньше играл парные, не так ли, Нио-кун?

- Конечно. Иначе с чего бы я соглашался на предложение Янаги? – Нио оскалился, совершенно не раскаиваясь в содеянном.

Они выиграли матч, 6-3, и оставили Маруи и Джакала на корте подбирать челюсти и собирать глаза, пока они шли к трибунам. Ягю сардонически улыбнулся, прежде чем заговорить:

- Своего рода Трикстер, не так ли, Нио-кун?

Нио улыбнулся в ответ:

- Если я Трикстер, то ты – идеальный Джентельмен, а?

***

Ягю Хироши все еще был чопорным ублюдком, но этого чопорного ублюдка Нио мог научится принимать. За зеркальными очками скрывалась пара очень притягательных глаз.

Нио Масахару был… интересным. Как головоломка, кубик Рубика, который Ягю никак не мог собрать. Ягю любил головоломки, но еще больше он любил их решать.

***

Я не тот тип людей, которые судят, особенно о людях, которых не знают близко. Но я ничего не могу поделать – я вижу это каждый Божий день. Нио-сан учится не в этом классе, но Ягю-сан – в этом, и Нио-сан приходит каждый день и ни один из учителей ни разу не сказал и слова против. Они тоже видят это, хоть и претворяются, что нет. Взрослые – они такие.

Нио-сан и Ягю-сан – противоположности и одновременно нет. Я не поэт (я завалил Японскую Литературу, если вы понимаете, о чем я), но мне кажется, что они – как отражения друг друга. Поэтому они так много времени проводят вместе. Противоположности притягиваются, все в природе говорит об этом: магниты, электричество… и люди. Нио-сан и Ягю-сан тоже.

Я думаю, Юкимура-сан тоже знает об этом. Юкимура-сан все видит и он – капитан теннисного клуба, в котором состоят Нио-сан и Ягю-сан. Юкимура-сан не в моем классе (я недостаточно умен, чтобы быть в его), но ведь все знают Юкимуру-сана. Мне кажется, именно поэтому Нио-сан и Ягю-сан играют парные, хотя и кажутся несовместимыми на первый взгляд: Юкимура-сан увидел их сходство.

На самом деле, я здесь никто. Просто студент, которому случилось заскучать на английском настолько, что он пишет это. Я порву это на мелкие кусочки прежде чем выбросить, поэтому я могу писать что угодно. Я никто, но, как говорится, со стороны виднее. Может и нет, но я все равно напишу то, что вижу. Мне необходимо сообщить это хотя бы листку бумаги.

Ягю-сан и Нио-сан влюблены друг в друга.

Они не осознают этого. Никто не осознает, влюбившись впервые, тем более подростки. Я не осуждаю – может, меня и не привлекают другие мальчики, но я не против, если кого-то привлекают. Это школа для мальчиков, так что меня даже не удивляет, что такое случается. Если уж на то пошло, то я рад за них, хотя они этого и не узнают, потому что я никогда никому об этом не скажу. Я для этого слишком труслив.

Я слышал, что Ягю-сана называют Джентельмен, а ник-нейм Нио-сана – Трикстер. Я знаю и то, что это вроде как их имена друг для друга. Это очень весело - слышать, как они зовут друг друга этими именами. Мне кажется, им идет. Поэтому имена так быстро распространились.

Джентльмен и Трикстер… хотел бы я быть таким же как они, но не думаю, что смогу. Люди редко находят свои вторые половинки так рано, если вообще находят. То, что есть у Ягю-сана и Нио-сана, даже если они о том не знают, настолько редко встречается, что люди даже не верят в это. Я верю, потому что видел собственными глазами.

Я говорю как какой-то шут-романтик. Смешно, да? А, я не должен смеяться так громко или Нио-сану станет любопытно и он попытается заглянуть сюда. Нельзя позволить ему этого – не тогда, когда это о нем. Нужно заняться уроком – сенсей опять смотрит на меня. Он знает, что я его совсем не слушаю.

Мне и правда стоит порвать это.


***

Кирихара Акая был как вихрь – неприрученный, дикий и ни разу не утонченный.

«Кирихара, - думал Ягю, - как мини-Нио, но без утонченности и манипуляций.»

Эта мысль гораздо больше доставляла удовольствие, чем пугала или даже удивляла его. Утонченность Нио и, в меньшей мере, его манипуляции – то, что делало Нио, Нио.

«Кирихара Акая определенно очень интересен, - заключил он, наблюдая, как Юкимура улыбнулся и протянул младшему руку, - но Нио-кун гораздо более притягателен.»

Мысль его совершенно не испугала и ему даже не показалось, что он должен быть шокирован. Ни разу.

«Кажется, Юкимура нашел себе новую игрушку, - ухмылялся Нио, опершись о перила и наблюдая одним глазом за Юкимурой, а другим – за Ягю. – Кирихара Акая, говоришь?..»

Паренек неким образом напоминал ему Ягю. Кирихара был как Ягю играющий – пламя, дикое и порочное. У Кирихары было стремление к победе как у Ягю – достаточное, чтобы вызвать всю Тройку даже после того, как проиграл Янаги.

В тоже время Кирихара не был как Ягю. Это был Ягю без самоконтроля и вежливости, необработанный алмаз рядом со сверкающим черным бриллиантом, которым был его партнер. Кирихара был слишком недоработан, слишком сырой.

Нио предпочитал Ягю.

***

- Знаешь, Ягю, я вообще-то шутил, когда просил тебя помочь мне с этим.

- Ты попросил о помощи, Нио-кун, и я, хоть и неохотно, но согласился тебе ее предоставить. Ты жалуешься?

- Вот уж нет. Просто удивлен. Не думал, что ты станешь заниматься таким… - Нио пожал плечами и засунул руки в карманы, пока они вдвоем шли по школьным коридорам.

Комендантский час наступил уже давно; еще несколько часов назад они должны были вернуться в общежитие и лечь спать, но у Нио были другие планы – планы, для исполнения которых он нуждался в помощи. Он попросил Ягю, который, неожиданно и в то же время ожидаемо, согласился.

Когда они достигли места назначения – учительской – Нио вошел внутрь, а Ягю остался стоять в дверях, «на стреме», хотя Нио даже не заикнулся об этом. Нио на цыпочках подошел к столу Акаши-сенсея и вытащил его записи. Папка была помечена цветными маркерами и каждая цветная закладка называлась по-другому. Нио осторожно достал все закладки и перемешал их со всей возможной изобретательностью.

Сделав это, он подошел к кофеварке, сверкнув ухмылкой в сторону Ягю прежде чем снять предохранитель и открыть дверцу бара, в котором стоял кофе. Он достал пять баночек премиум-кофе и положил их в специально принесенный пластиковый пакет, а на их место поставил баночки с растворимым кофе без кофеина из школьного буфета. Баночки выглядели совершенно одинаково.

- На одной из них вмятина, Нио-кун. С левого края, - донесся до него тихий голос Ягю. Его партнер (в теннисе, а теперь и в преступлении) внезапно оказался за его плечом.

- На которой? – прошептал он в ответ, совершенно не удивившись – он слышал шаги Ягю.

- На второй слева.

Нио хрустнул костяшками пальцев и достал указанную баночку из бара. Он легонько ударил по баночке и на ней появилась вмятина, практически идентичная той, что была на исходнике. Малейшая разница была заметна только при внимательном осмотре, но ни один преподаватель не будет настолько настороже рано утром. При щелчке баночка издала пустой звук, эхом пронесшийся по комнате, и Нио замер. Ягю же спокойно проследовал обратно к двери.

Нио затем переставил чашки и переложил несколько документов. Ничего особо заметного. Периодически Ягю предлагал что-то и Нио подумал, что теперь все что он сделал, стало недоказуемо; все, что могло навести на его след, исчезло.

Работы Нио всегда были из серии тех, которые сходят на нет из-за ошибок, допущенных вследствие обычной небрежности. Все его шутки были такими. Поэтому его никогда не ловили. А эта была уже другого уровня – нечто, способное довести до бешенства любого учителя, особенно после употребления кофеина.

Ухмыляясь, Нио пружинистой походкой возвращался в общежитие, краем глаза наблюдая за Ягю. Его партнер улыбался и Нио был уверен, что его глаза тоже смеются за этими чертовыми отражающими стеклами.

«Интересно…»

***

Нио смеялся, его дьявольская улыбка расползалась во все лицо когда объявили об их выигрыше на втором курсе; они держали высоко кубок и на их шеях светились золотые медали. Глаза Ягю за очками тоже светились от победы и он улыбался.

Вся команда была немного не в себе, когда они, шутя и веселясь, в обнимку, вернулись в автобус. Санада расслабился достаточно для улыбки, глаза Янаги были открыты и сияли, когда он смотрел на остальных, безмятежно улыбаясь. Юкимура смеялся, обняв своих лучших друзей и притянув их ближе. Маруи в кои веки не жевал жвачку – для этого его улыбка была слишком широка – и Джакал был в достаточно хорошем настроении, чтобы быть втянутым в прыганье вокруг с Маруи. Кирихара немного дулся за то, что ему не дали сыграть в этом году, но Юкимура дал ему подержать кубок (всего на минуту) и надутые щеки растянулись в улыбке.

Нио ухмылялся всю поездку и Ягю чувствовал исходящую от него жажду натворить что-нибудь, нарушить закон…

Он не очень удивился, когда Нио вытащил его из автобуса на две остановки раньше и только знающе кивнул, когда тот протянул ему четыре баночки, требуя выбрать.

Ягю выбрал красную и синюю.

В тот день в Йокогаме появился еще один слой краски.

***

К концу теннисного сезона на их втором году Нио Масахару видел в Ягю Хироши своего партнера, будь то теннис или шутки. Ягю был дотошным и подмечал каждую мелочь, упущенную Нио. Учителя сходили с ума – они были уверены, что это его рук дело, но не могли доказать.

Для Ягю Хироши Нио Масахару был лучшим другом и самым интересным человеком, который встретился ему в жизни. С Нио он никогда не носил масок, потому что Нио увидел за маской ледяного спокойствия пылающее пламя еще в первую их встречу.

***

Ягю Хироши был сыном врача. Он должен был и сам стать врачом в будущем. Но Ягю ничего не делал, он не мог ничего поделать, когда его капитана везли в больничную палату. Он слышал, как Янаги успокаивает Акаю тихим, не слушающимся голосом. Он чувствовал хватку Нио на своей руке – такую сильную, что «завтра обязатеьно будут синяки». Он чувствовал на себе взгляд Нио, но не оборачивался.

Слова «Синдром Гиллиана-Баре» до сих пор эхом звучали в его голове и он пытался думать, пытался вспомнить хоть что-нибудь, что-нибудь, что он забыл сказать, когда несколько минут назад говорил это товарищам по команде. Его голос не дрожал – он не позволил – но сейчас он хотел кричать в отчаянии из-за того, что не мог вспомнить ничего, чего не сказал до сих пор. Он не знал чем помочь Юкимуре. Он не мог спасти своего капитана. Он был беспомощен

Ягю Хироши ненавидел чувство беспомощности.

***

Первое, что заметил Нио, войдя в комнату – плечи Ягю были напряжены.

Его напарник неистово печатал в ноутбуке. Вокруг были стопки книг, такие высокие, что за ними Нио еле-еле мог видеть макушку головы Ягю.

- Хироши? Что ты делаешь? – он подошел к Ягю сзади, уверившись, что шаги слышны достаточно, чтобы не напугать Ягю, и положил руку ему на плечо. Мышцы Ягю были так сведены и напряжены, что Нио удивился как он вообще руками двигает.

- А, Масахару… - Ягю мельком взглянул в глаза Нио и скинул его руку со своего плеча. – Тут еще информация о Гиллиане-Барре, информация, которая может помочь Юкимуре-сану. Хочешь помочь? – это был не вопрос.

Нио пожал плечами и придвинул стул, ножки громко скрипнули, пройдясь по отполированному полу. Обычно, настолько громкий звук заставил бы Ягю уставиться на него.

Ягю только мельком оглянулся.

Нио вздохнул, шлепнувшись на стул.

- Зачем ты так стараешься, Хироши? У Юкимуры лучшие врачи, тебе не нужно… - он остановился на середине, когда Ягю вихрем развернулся, огромные глаза уставились на него из-за очков. Темные круги вокруг глаз не прошли незамеченными для Нио. Он встал, опрокинув стул, и схватил Нио за ворот рубашки, сминая его.

- А почему ты – нет, Масахару? Юкимура-сан в больнице. Он, возможно, никогда не сможет больше играть в теннис. Минимальный период восстановления – год! Он не сможет выиграть с нами Национальный, если так все продолжится! Ты понимаешь это, Нио-кун?! Мы не команда без Юкимуры-сана!

Нио смотрел на него из-под полуопущенных ресниц, не сопротивляясь.

- Я знаю это. Прекрасно знаю, Хироши. Я тоже был там, когда врачи все нам рассказывали, помнишь? Мне тоже страшно, Хироши. Но бесполезно тебе продолжать так и дальше.

- Бесполезно? Но тогда какая от меня польза? Я… я сын врача, Масахару. Я… не могу просто стоять и ничего не делать, когда есть возможность, даже самая маленькая, что я могу помочь! Я не могу! – Ягю выдавливал слова сквозь зубы, руки все еще сжимали его воротник.

Нио чувствовал, как его трясет.

Он нежно положил свою руку поверх руки Ягю, по очереди разжимая пальцы, пока рубашка не порвалась. Его собственный голос дрожал, когда он заговорил:

- Я тоже чувствую себя беспомощным. Никто из нас не знает что делать, Хироши. Ты может и сын врача, но не врач! Тебе четырнадцать и никто не ожидает от тебя спасения Юкимуры. Ты не можешь вылечить его, но есть вещи, которые ты сделать можешь.

- Что я могу, Масахару? Что можем все мы? Я не представляю теннисный клуб, да что там – школу без Юкимуры-сана, а теперь он в больнице и… я не знаю что делать, Масахару. Я не знаю. – Ягю уронил голову ему на плечо и его слова почти полностью заглушались рубашкой. Он чувствовал, как очки Ягю впиваются в кожу и как Ягю трясет еще больше.

Нио осторожно обнял Ягю за плечи. Мышцы под его руками напряглись, а затем потихоньку расслабились и Ягю тихо выдохнул.

- Побеждать, Хироши. Все, что мы сейчас можем делать – это побеждать, будь то официальные матчи или нет. Юкимура будет гордиться нами, Хироши. Мы будем побеждать, чтобы Юкимура победил болезнь. Это то, что мы можем – то, что мы все будем делать. Санада ведь сказал это, не так ли?

Ягю поднял голову и уверенно кивнул. Нио слабо улыбнулся и протянул руку, чтобы снять очки с Ягю и поместить их на собственном носу. Ему пришлось пробовать два раза – пальцы дрожали. Рука Ягю перехватила его запястье и стиснула успокаивающе. Из-за очков Нио увидел расплывчатую улыбку, на которую и ответил ухмылкой.

- А теперь, Хироши, готов выслушать мою великолепную идею?

***

- Меняться? – Ягю нахмурился.

- Ахха. Я превращаюсь в тебя, а ты становишься мной. Это всего на день… или на пол дня, если мы совсем отстойные актеры. – Нио оскалился, продолжая вертеть очки Ягю в левой руке.

- Что насчет физических различий?

- Глаза у нас одинакового цвета и телосложение похоже. Ты всего на сантиметр выше меня, люди не обращают на это внимания. Голоса у нас довольно похожи, да и не то чтоб мы много разговаривали в принципе. Единственное отличие – это волосы. Это поправимо при помощи цветного лака для волос. Так что?

Губы Ягю изогнулись в полуулыбке, пальцем он постукивал по щеке

- Какой цели будет служить такая замена?

- Представляешь что будет, если сделать так во время матча? Я умею использовать Лазер – я пользовался им на первом курсе. Наши противники будут уничтожены полностью, - ухмылка Нио отражала жажду крови.

- Твой Лазер отвратителен, Масахару. Мне придется научить тебя нормально им пользоваться, - Ягю выхватил очки у Нио – у него начинала болеть голова от сощуривания, необходимого, чтобы нормально видеть лицо Нио.

- Это значит, что ты согласен, Хироши? – Нио окинул взглядом темные круги вокруг глаз Ягю и его все еще напряженные плечи.

- Да. Это звучит интересно, - Ягю пожал плечами.

- И тебе нравится видеть соперников уничтоженными, - оскалившись, поддразнил Нио.

- Правда, - кивнул Ягю и улыбнулся в ответ.

***

Ягю Хироши посмотрел в зеркало и увидел Нио Масахару. Запустив руку в волосы, он почувствовал белые пряди, еще влажные от лака, использованного недавно. Ягю развернулся и увидел… себя, удовлетворенно улыбающегося, влажные волосы выпрямлены и аккуратно уложены. Ягю улыбнулся в ответ – по-акульи.

В тот день Нио (Ягю) ходил по школе как в тумане. Люди смотрели на него странно (или это его воображение?) весь день, но никто не подавал и виду, что Ягю (Нио) вел себя странно. Нио (Ягю) нахмурился, задумавшись.

«Что бы Нио сделал в такой ситуации?»

Ягю (Нио) подкрался к нему и Нио (Ягю) хоть и не подпрыгнул, но почти. Голос Нио (не Ягю) прошептал ему в ухо:

- Не думай, что бы я сделал, Хироши. Ты – Нио Масахару. Что бы ты сделал?

Нио (Ягю) кивнул и обернулся, чтобы схватить Ягю (Нио) за руку и потащить в сторону кухонь, безумно ухмыляясь всю дорогу. В тот день Ягю не был Нио (Ягю) – он был Нио, а Нио был Ягю.

Нио весь день ухмылялся, что заставляло людей вокруг обходить его стороной, бормоча под нос и оборачиваясь в ожидании шутки, которой не было. Нио умышленно нарвался на ссору с семпаем, подрался с ним посреди школьной столовой и выиграл. Ему назначили наказание, но он отмахнулся, как будто это ничего не значило (это и правда ничего не значило, ведь наказание все равно будет отбывать Нио), ухмыльнулся и оскалил зубы на учителей.

Выражение лица Ягю было приятным, как всегда. Он вежливо отказал двум девочкам, предложившим ему домашние обеды, и подложил ящерицу в сумку одной из них. Девочка вопила, но никто не смотрел осуждающе в сторону Ягю – никто не верил, что Джентльмен способен на такое. Ягю извинился перед жертвами шуток его партнера (хоть и с долей сарказма), помог встать семпаю, отвел его в мед.пункт и прикрыл за ним дверь.

Нио (Ягю или Нио? Или оба?) получал какое-то извращенное удовольствие от того, что никто не заметил подмены. Даже их сокомандники.

***

Когда они поменялись обратно (когда Ягю опять был Ягю, а Нио – Нио), Нио снял очки и протянул их Ягю. Он взял их, сжал в руках, стискивая оправу и стекла в кулаке, и посмотрел на Нио. Нио посмотрел в ответ.

Никто не понял, кто сделал первое движение.

Ягю почувствовал, как губы Нио прижались к его губам и зубы больно ударились о его. Он сделал шаг назад и увидел робкую улыбку Нио. И он знал, что эта улыбка отражает его собственную. Они двинулись вперед и, на этот раз, у них все получилось.

Губы Нио были потрескавшиеся и немного сухие. Ягю чувствовал разрывы кожи собственными губами, прижатыми к Нио. Это был целомудренный поцелуй – потому что ни один из них не знал, что делать дальше.

Ягю вспомнил, как читал в книге, что первый поцелуй – это искры перед глазами и всякое такое. Он чувствовал себя неудобно, глаза закрыты, пытаясь понять что делать дальше. Но Нио взял инициативу в свои руки – он приоткрыл рот и ткнул языком по губам Ягю. Ягю резко вдохнул и язык скользнул внутрь.

Это было… приятно. Как стоять в открытом поле в грозу – опасность опьяняет. На вкус Нио был как васаби с медом плюс электричество, танцевавшее на его собственном языке. Дрожь пробежала по телу Ягю и он притянул Нио ближе, отвечая на поцелуй со всем возможным рвением.

Искр не было… но мир испарился. Остались только Нио, он сам и раздевалка. Они были никем, просто двумя целующимися в раздевалке. В какой-то момент исчезла и раздевалка, и сам Ягю тоже исчез. Единственным, что Ягю чувствовал и видел, был Нио, Нио и Нио. И его это абсолютно устраивало.

Ягю почувствовал руку на своей шее, мягкие пальцы перебирали более длинные пряди волос на затылке. Он вздрогнул, зарываясь рукой в волосы Нио, хватая белые пряди, когда поцелуй стал глубже.

Он не знал как долго они целовались, знал только, что этого было достаточно, чтобы он почувствовал головокружение и легкость. Ягю не знал, было ли это из-за эмоций или гормонов или нехватки кислорода, но не мог заставить себя озаботиться разницей.

Нио смотрел на него, наклонив голову набок и с ухмылкой на губах – приглашающей и вызывающей. Ягю никогда не умел сопротивляться хорошему вызову.

Он поцеловал его снова.

***

Третий курс пролетел быстро. Акая вошел в команду, что мог предвидеть любой, у кого были глаза и хотя бы половина мозга. Риккай пронесся через Районные, Префектурные и Отборочные Канто, не проиграв ни одной игры, не отдав ни одного очка.

И вот полуфинал. Против Фудомине и Тачибаны Киппея.

«Играть с Джакалом, - думал Ягю, - совсем не то, что с Нио-куном.»

Игра с Нио доводила его до края, заставляла идти дальше, чем он пошел бы иначе. Играть с Нио, стоять с ним по одну сторону корта, было сродни плыть в прекрасном, но полном акул океане. Ощущение опасности, сходное со стоянием на веревке, натянутой между двумя высотными зданиями. Когда всегда есть риск быть съеденным или упасть. Это было волнующе.

С другой стороны – играть парные с Джакалом было так же, как играть с кем-либо другим. Хотя их общая сила была выше (игра Нио больше состояла из контроля и игр разума, чем силы), но искры не было. Они были нерушимы, но больше в них ничего не было.

Когда они выиграли (6-0, конечно), взгляд Ягю сразу скользнул к Нио, сидящему на скамейке тренера пока играли Санада и Янаги. Нио ухмыльнулся и притянул Ягю ниже за рукав.

- Потому я и играю одиночные, если только не могу играть с тобой, Ягю. Ты это почувствовал, не так ли?

Ягю мог только кивнуть и ответить улыбкой на ставшую шире ухмылку Нио.

Он сможет сыграть с Нио в финале Канто. Он не мог дождаться.

***

Сказать по правде, Нио был крайне удивлен распределению Сейгаку в финале Национального. Он не был так уж удивлен, что Эчизен и Тезука были одиночными Два и Один соответственно, но кое-что было удивительно. В частности, Первые Парные – Инуи и Фуджи.

Нио думал, что, наверное, должен быть польщен, что они выставили одних из лучших своих игроков против него и Ягю и знал, что это наверняка из-за подмен в финале Канто, но он все никак не мог заставить чувствовать что-либо кроме удивления. Потому что для Нио было абсолютно ясно, что они выбрали отвратительную комбинацию по сравнению с Первыми Парными Риккая.

Фуджи читал движения Инуи абсолютно неверно и было видно, что эта пара была просто в спешке составлена «из того, что было». Ягю и Нио играли вместе парные почти три года, а эта пара – нет. И это было заметно.

Для начала, ни один из соперников не наблюдал за ними достаточно внимательно, чтобы понять – нет, в их паре не Нио был самым опасным; они были слишком заняты тем, что пытались расшифровать действия собственного партнера. Если бы они хоть немного присмотрелись, то заметили бы, что самым опасным среди них был Ягю, не Нио. Но этого не осознавал никто, кроме их собственной команды. Нио был невероятно горд этим фактом.

Теннис по данным Инуи раздражал, но Первая Пара Риккая три года играла против Янаги. Нио уже давно привык к постоянным предугадываниям и даже изобрел почти безошибочный способ борьбы с датаменами, особенно в парных. Он находил самый непредсказуемый вариант поведения и помещал его в основу ступенчатой схемы. Затем он двигал ступени этой схемы и использовал полученное движение. Этот способ его никогда не подводил.

Нио находил некое извращенное удовольствие в наблюдении за лицом Инуи, когда предугадывания проваливались раз за разом. Он триумфально ухмыльнулся Ягю и Ягю улыбнулся в ответ, сверкнув зубами. Нио оскалился.

Ягю сегодня был в хищном настроении.

Четыре Каунтера Фуджи (Нио показалось, что Четверичный Каунтер звучало несколько неуклюже и «не круто», а Фуджи создавал впечатление человека, которого волнуют такие вещи) раздражали неимоверно, но Нио не просто так три года играл с Ягю и против него. А Ягю изобрел Лазер.

Если он мог увидеть, вернуть и даже использовать Лазер, то никакой Каунтер, основанный на иллюзии, трюках и обмане, не мог его победить. Все, что ему было нужно – это закрыть глаза и пользоваться другими ощущениями, в частности слухом. В конце концов, он был Трикстером и еще никто не смог обойти его по части трюков.

Но Ягю в такой технике не нуждался. Он видел Каунтеры насквозь. Нио ожидал от него этого – Ягю носил маски каждый день, а не были ли маски тем же обманом?

Они выиграли матч, 6-4, и поздравили соперников (неискренне, по крайней мере Нио) с отличной игрой. Возбуждение от матча все еще стучало кровью в ушах и пальцы Ягю на его запястье совсем не успокаивали, а даже наоборот.

Он надеялся, что Юкимура поторопится с победой.

***

Нио поцеловал Ягю перед несколькими камерами и на глазах у тысячи людей. И Ягю ответил на поцелуй.

- Знаешь, учитывая, насколько ты всегда проницателен… не мог быть проницательным тогда?

- Это уничтожило бы весь смысл, Санада. Нет лучшего способа сказать миру «мое, никому не трогать», чем поцеловать своего парня в середине прямой трансляции матча.

- Школьный совет точно (зубной скрежет) -fuck you bastard- узнает об этом.

- Мне, в общем-то, все равно.

- У меня было впечатление, что ты прилежный студент, Хироши. Видимо, мне нужно снова отредактировать данные…

- Ну что ты, Ренджи. Хироши прилежный студент. Так что, если школьный совет будет доставлять вам проблемы и попытается переселить вас – просто скажи мне и я поговорю с ними о вас.

- Да, я понял. Спасибо, Юкимура-сан.

- Они не посмеют – моя репутация не на пустом месте основана; но все равно спасибо, Юкимура. Акая, прекрати пялиться на меня, это раздражает. Брысь.

- Ты разрушил мой чистый, невинный мозг, гадкий семпай.

- … У тебя мозг есть?

- Теперь вы оба – гадкие семпаи. Гадкий Нио-семпай, ты развратил Ягю-семпая и он теперь отпускает гадкие шутки и дразнит меня. Я вас обоих ненавижу… ммхмфпф.

- Спасибо, Джакал-кун.

- Да не за что. И, пожалуйста, попытайтесь впредь удерживаться от непристойностей на людях.

- Это было непристойностью? Видимо, меня дезинформировали в этом вопросе.

- Нет, это была глупость. Не повторяйте этого.

- Или что, Санада? Ты используешь на мне свою Смертельную Пощечину?

- … -подзатыльник- Просто говорю, чтобы вы этого больше не делали, потому что если вы попадете в регистр арестов, то не сможете играть за старшую школу.

- А! Тогда ладно, мы будем заниматься этим в более укромных метах. В клубной комнате, например.

- Только попробуй и я таки использую свою Смертельную Пощечину, Нио. Лично для тебя.

- Так нельзя, Генъичиро. Используй свою Смертельную Пощечину и на Ягю тоже – так ведь будет только честно, не правда ли?

-… Я обещаю никогда не совершать незаконных действий с Нио-куном в клубной комнате, Юкимура-сан. Только уберите этот блеск в глазах – он травмирует и у Акаи, кажется, гипервентиляция.

***

Для Нио, Ягю все еще был вежливым, несколько чопорным ублюдком с блестящими очками, только теперь он знал, что у Ягю есть порочная прослойка в милю длиной и шириной. Ягю был паззлом в больше чем миллион кусочков, который Нио никогда не мог решить полностью, но никогда не прекращал пытаться. Он не хотел прекращать.

Для Нио, Ягю был вызовом, который никогда не исчезает.

Нио любил Ягю потому, что ему никогда, ни при каких условиях, не было скучно с ним.

Для Ягю, Нио был просто воплощением хаоса, Питер Пеном переростком с острым как лезвие взглядом и склонностью к жестоким шуткам. Нио был дьяволом, одним из тех мальчишек (или мужчин), с которыми мама Ягю всегда запрещала ему водиться.

Для Ягю, Нио был всем, чем он сам не должен был становиться и всем, чем он мог бы стать.

Ягю любил Нио, поскольку он всегда любил «Королевство Кривых Зеркал»…

Конец.

@темы: Niou Masaharu, Yagyuu Hiroshi, фанфики, фикатон

Комментарии
2009-09-15 в 19:20 

There is no such thing as enough
Заказчик не знает, что и сказать, ибо от авторских моментов временами сильно передёргивало, а временами очень нравилось. Но перевод на 5, разве что пара мелких ляпов, но это не страшно))
Спасибо :friend:

2009-09-15 в 19:23 

[氷の中燃える炎] || [Это Хётей, детка! Добро пожаловать в реальность!] || [It’s sexual deviancy to have a voice fetish, right?]
mavRrik
я хоть нормальный фик выбрал? :depress2:

2009-09-15 в 19:24 

[вредное улитко] Нио Масахару. Остерегайтесь подделок! =Ъ [Добрая фея с топором]
Соглашусь с заказчиком, особенно выносят обращения по именам, и когда имен слишком много... Как и Юкимуры)) Ну и общежития, блин...
А в целом, очень неплохо)))

2009-09-15 в 19:30 

mavRrik
There is no such thing as enough
Джи-чан , авторское видение такое авторское :alles:
нормальный))

2009-09-15 в 19:38 

[氷の中燃える炎] || [Это Хётей, детка! Добро пожаловать в реальность!] || [It’s sexual deviancy to have a voice fetish, right?]
mavRrik
мне просто показалось, что по сравнению с большинством там несколько меньше ООСа :confused:

2009-09-15 в 19:44 

There is no such thing as enough
Джи-чан , ну, в их отношениях - да, кроме называния друг друга по именам))

     

Rikkai Dai Fuzoku Fans

главная